«У него было много лиц, и все они прекрасны...»

Третьего мая в театре им. К. С. Станиславского состоялась гражданская панихида, в которой приняли участие аким Карагандинской области Ерлан Кошанов, депутаты, общественники, друзья и коллеги Шаймердена Уразалинова. Он ушел из жизни на 77-м году.

urazalinov1Шаймерден Уразалинов родился в Петропавловске 11 ноября 1942 года. В 1965 году окончил Карагандинский политехнический институт по специальности «горный инженер». В горной отрасли прошел путь от рядового мастера до директора ЦОФ.
В 1984 году его пригласили на должность председателя исполкома Октябрьского района Караганды. После этого возглавлял областной центр 10 лет – с 1987 по 1997 год. Затем был председателем Дисциплинарного совета при акиме Карагандинской области. Дважды избирался депутатом Мажилиса Парламента РК. С 2009 года был председателем Казахстанской электроэнергетической ассоциации. На этих страницах друзья и коллеги Шаймердена Абильмажиновича вспоминают о нем.

 

Исторические валенки
Юрий Гусаков, директор Карагандинского филиала Казахстанского общества по правам человека и соблюдению законности:

– Он был хороший человек. Я его знал сначала как представителя Октябрьского исполкома, а потом – городского, как депутата, как одного из членов партии «Нур Отан». Как одного из тех людей, который в плохие для Казахстана времена в багаже не тряпки вез, а разовые шприцы. Было так: мы пересеклись с ним в московском аэропорту, он из Германии вез два больших ящика разовых шприцев для карагандинских больниц. Потому что в Караганде тогда разовых шприцев не было.
Я видел, как он строго спрашивал со своих сотрудников за беспорядок. Вставал в шесть утра и обходил территорию в валенках. А потом спрашивал: Как у вас со снегом? Отвечают: «Да все нормально, все убрано». Тогда он доставал валенки, показывал. Говорил, что прошел в них, и ничего убранного не было. И потом при помощи указательного пальца показывал, куда сходить и что сделать, для убедительности применяя ненормативную лексику. Это было нормально в те времена для тех, кто хотел руководить. Кто не хотел, тот не руководил, а занимался другими делами. Он знал, чего хочет, и знал, что нужно делать.

 

Турнир стеснительного человека
Наталья Сухорукова, директор по развитию ФК «Шахтер»:
– С Шаймерденом Уразалиновым мы близко познакомились, когда он впервые организовал городской детский футбольный турнир. И в этом году мы будем проводить его в июне в двадцатый раз, как всегда, с участием 16 команд.
Первый турнир на Кубок почетного гражданина Караганды Шаймердена Уразалинова состоялся, когда все только начиналось. Шел период становления футбола. И с тех пор, какие бы трудные ни были времена, турнир проходит ежегодно. Как бы ни было сложно, ни на один год состязание не прерывалось.
Принять такое решение, мотивировать детей само по себе дорогого стоит. Поначалу было трудно, а потом устоялось и стало традицией.
Я удивилась тому, насколько Шаймерден Абильмажинович скромный, даже стеснительный. Ведь мало кто знает об этом турнире. Но он человек футбола и считает, что нужно поддерживать тягу детей к этому спорту.
Он всегда молодец, и мы только помогали ему с организацией, с судейством. А призы – футбольную форму для команд-призеров, кубки, ценные призы для лучшего вратаря, защитника, полузащитника, нападающего, бомбардира и вратаря, памятные подарки для директоров школ – он выставлял сам. И каждый год приезжал на награждение. Вручение наград проводили на стадионе «Шахтер» в перерывах футбольных матчей Премьер-лиги. Сейчас соревнование проходит на базе Назарбаев интеллектуальной школы.

 

Дурная привычка
Николай Дрижд, почетный горняк РК, почетный гражданин г. Караганды, профессор:
– Шаймерден Уразалинов был прекрасный руководитель и кристально честный человек. О нем можно говорить долго, и говорить только самое хорошее.
Вся Караганда его знает. По профессии он горный инженер, стал прекрасным руководителем самой крупной обогатительной фабрики. А потом перешел на общественную работу, сначала в Октябрьский райисполком, потом – в городской.
Он обладал большой энергией, в совершенстве владел всем хозяйством, знал все трудности нашего города, прежде всего с переселением, миграцией, ведь тогда народ уезжал. Во время развала всего и вся Караганда активно строилась, и он вникал во все мелочи строительства, как и в коммунальное хозяйство, а тогда было время бесконечных порывов и аварий.
Из вредных привычек у него было курение, ох как я его хаял за это!.. Мы с ним ездили по просьбе акима области улаживать конфликт на Шубаркольском разрезе, он был тогда советником акима. Ездили, обследовали положение, разговаривали с людьми. Много говорили и по вечерам друг с другом, вот тогда я и ругал его за пагубную привычку. Он был скромный, не работал на публику, а работал на результат.

 

В зоне доступа
Кудайберген Бексултанов, секретарь маслихата г. Караганды:
– Мне не довелось с ним работать в исполкоме, но я знаю его как личность, как политика, которому пришлось в сложные годы руководить городом. Он был акимом, был депутатом. Он любил наш город, его жителей, всегда переживал за Караганду, выкладывался, не жалея сил и здоровья.
Мы вместе работали, когда он был депутатом парламента. На телевидении вдвоем давали интервью на самые злободневные вопросы, ходили в народ. Была хорошая традиция встреч с депутатами, с приглашением самых активных карагандинцев. По его просьбе мы организовывали такие встречи, он всегда с удовольствием приходил в наше родное здание, что напротив концертного зала «Шалкыма». Люди ставили вопросы, критиковали, просили помочь в решении проблем. И он говорил о законопроектах, которые тогда обсуждали в парламенте, спрашивал их мнение. Он не оставлял ни один вопрос без внимания.
Когда в парламенте обсуждали проект закона о прокуратуре, в моем кабинете мы встречались с прокурором города и района. Тогда я увидел, как тщательно он работает над каждым пунктом, вникает в каждое слово, пропускает все через сердце, корпит денно и нощно. У него был такой подход: как будет работать этот закон и что он даст простым людям?
А когда мы приезжали на заседание комитета парламента, он и Тагир Сисимбаев экзаменовали нас, давали много новой информации. Неподготовленным приходить нельзя. Он любил наш город и всегда был доступен для людей.

 

Вратарь «Сережа»
Григорий Презент, почетный гражданин Карагандинской области, почетный гражданин гг. Караганды и Шахтинска:
– Судьба нас связала в далекие студенческие годы, и вот уже 60 лет мы дружим с Шаймерденом Абильмажиновичем и его семьей.
У нас в политехе была звездная студенческая команда по гандболу, гремевшая на всю страну. Нас с Шаке приглашали в сборную, и мы выступали на соревнованиях в составе сборной. А в нашей команде играли люди, ставшие известными, – Нефедов, Уразалинов и другие ребята, добившиеся успеха в различных отраслях.
Мы звали его Сережей, и Сережу все любили не только потому, что он был великолепный вратарь, смелый и решительный. Любили за то, что он был веселый, с чувством юмора, никогда не унывал. А как он пел! Когда мы приезжали на студенческий турнир в Алма-Ату, вся столица просила его исполнить «Джамайку». Он пел не хуже Лобертино Лоретти.
Мы учились, дружили, окончили вуз, и он пошел на обогатительную фабрику. Он делал себя сам, никто его не двигал, не толкал. Гены, окружение и постоянная работа над собой сделали его таким человеком, каким его знают многие.
Потом он стал директором ЦОФ. Но все это время я не слышал его публичных выступлений. И вот уже в качестве председателя Октябрьского райисполкома он приехал на шахту имени Костенко, где я работал главным инженером. Он выступал перед сменой, человек триста собралось. И этим выступлением он меня поразил. Я увидел перед собой зрелого, очень грамотного руководителя, его речь была логически выверена, а ведь вопрос шел не только о технологии. Я знал, что он занялся наукой, защитил диссертацию, и это все наложило отпечаток. Он вырос в профессионала очень высокого уровня.
Потом был горисполком. Он сам рассказывал, как в новогоднюю ночь лазил по колодцам. Не дело мэра лично инспектировать колодцы, и я так считал. Но в это страшное время, в тяжелое время отсутствия тепла, света, денег, постоянных отказов на ТЭЦ и аварий на сетях, он считал необходимым личным примером вести за собой. Потом на нервной почве обе руки у него были забинтованные, все в язвах.
Он был бескорыстный человек, мало думал о себе, а думал, как улучшить жизнь. Он был открыт для любого общения, он был бесстрашный. Каждую неделю вел на ТВ прямой эфир, отвечал на вопросы телезрителей.
Когда он был депутатом Мажилиса, а я гендиректором «Караганда-уголь», а дальше – Угольного департамента, мы перешли на другой уровень производственных отношений. И я по-новому его ощущал – он критически относился ко всему, что видел. И смело выступал. Он профессионально разбирался в любой проблеме, глубоко понимал ее, а говорил очень убедительно и с таким знанием дела, что с ним трудно было спорить.

 

Народный мэр
Рымбала Омарбекова, директор кинотеатра «Сарыжайлау»:
– Мы потеряли человека-легенду. С ним закончилась эпоха Уразалинова. Его имя вписано в историю Караганды, а время ему досталось самое сложное. И более десяти лет он находил все возможности для того, чтобы решать самые сложные проблемы. Он был с народом, он был народный руководитель, народный мэр. Человек, которого очень ценили и уважали. Он мог неожиданно появиться в любом уголке нашей Караганды, как только возникает проблема – Шаке там. Как только порывы теплотрассы, будь это ночь, будь выходные, праздники, Шаке там, и такой же неутомимый. Я помню, как он спасал город в сильнейшие морозы, с ветром, была опасность заморозить Караганду, и он вышел на телевидение, чтобы обратиться к карагандинцам: не переживайте, все будет нормально, но давайте сольем из системы воду и тем самым спасем город. И такое было.
Кроме всего прочего, он был человек, который любил искусство. Он любил наши творческие коллективы. Когда мы создавали наши оркестры – симфонический и казахский, не по одной-две квартиры, а по 20–30 одновременно выделялось на приезжих артистов. И на панихиде был весь коллектив оркестра имени Таттимбета. Он на концерты приходил. Он пел душой, он так любил петь, он весь отдавался песне. Особенно любил Балладу о матери, наверное, маму в тот момент вспоминал. Когда был капитальный ремонт театра имени Станиславского, он там пропадал, там руководил, шумел: давайте так делайте, чтобы это был настоящий театр!
Когда приезжали артисты большие, он обязательно пойдет на их концерт, обязательно встретится, может с ними на ужин пойти, поговорить о проблемах, о радостях и невзгодах. И вспоминают они, приезжая сюда снова: вот, был у вас такой мэр города!
Внешне он был очень жесткий и строгий, а в душе очень нежный. Он так любил детей, внуков. У него слезы на глазах появлялись, когда он о них говорил, так смотрел на них, так ласково с ними обращался, так лелеял их, так любил и радовался, что они есть у него.
Их отношения с женой Даной – это особая страница. Как только у Даны недомогание, голова заболит, в больницу попадет, он места себе не находил, так переживал.
Это был человек, который везде был нужен, везде был свой. Везде наш Шаке, наш народный мэр. Любимец народа.
Он мог еще многое сделать. Я знала, что он был в ассоциации энергетиков. И на панихиде они рассказывали, как ценили его и уважали, как они благодарны ему за то, что многие вопросы решал – мог в правительство пойти, предложить внести изменения в законопроекты, так что очень много энергии он отдал и энергетике.

 

Согласен на медаль
Николай Сеньковский, начальник службы водоснабжения ТОО «Караганды Су», с 1987 по 1999 год – заместитель акима Караганды:
– Я к шести утра приезжал на работу, а уходили мы в полночь, и это было нормально, а так зимой по двое-трое суток сидели. Никаких выходных – ни суббот, ни воскресений, ни праздников.
В конце восьмидесятых, про девяностые вообще говорить не стоит, не было ничего – никакой власти, даже КГБ. Куда ни кинь – всюду клин: что образование, что здравоохранение, я не говорю уже о «коммуналке». Может человек выдержать, когда абсолютно нет по вертикали никого и финансов нет? Тем более экономика была интегрирована в Советском Союзе очень сильно по многим поставкам – из России, Украины, Узбекистана, других стран… Вы бы с ума сошли или застрелились. А тут люди кричат, ругают – чего сидите там?
Кто как мог, устраивал себе место. Тащили все, я не делаю открытия, все знают об этом.
Такая была жестокая ситуация в его судьбе – воевать в поле одному. И Уразалинов проводил селекторные совещания с семи утра до полвосьмого каждый день, несмотря на полный развал управления.
Для нас поставка угля на ТЭЦ была проблема номер один, каждый день нужно было, чтоб как минимум один состав шел. Но если уголь здесь еще был, то по поводу мазута с россиянами ничего нельзя было поделать – они понимали, что никаких отношений денежных не будет с Казахстаном, потому не спешили. По зарплате
198 миллионов должны были работникам ТЭЦ-3. И они начали протестное движение – не выходили на работу машинисты турбин, котлов. Я лично ездил по квартирам, нас посылали матом и дверью хлопали: «Деньги принесешь – тогда выйду».
И вот в такой обстановке ему выпало руководить Карагандой. Трудная ему выпала судьба.
Такого, как Уразалинов, сейчас нет. Он был человечный и был трудяга. Бывало, часа в два ночи какие-то другие проблемы начинали ему высказывать –
выслушает и решает.
И вот сколько мы работали, ни одной медали не получили, не то что ордена. И льгот никаких не было, чтобы съездить отдохнуть. Не знаю, сколько было у Шаке, а у меня 1500 тенге всего зарплата была вначале. Взятки мы не брали принципиально никакие.
В период развала он сильно болел, ходил весь забинтованный, руки и ноги в язвах. Одно время даже не вставал, народные целители ему какие-то мази придумывали. Это и был удар по его иммунной системе.

 

Солнечный луч
Екатерина Кузнецова, почетный журналист Казахстана:
– Он был прекрасный. Я знала его задолго до первой беспартийной газеты в Караганде, а тогда работала с ним рядом. Эта газета появилась с подачи тогдашнего председателя Союза журналистов Караганды Бахытжана Мукушева – свободная, демократическая, она называлась сначала «Вечерняя Караганда», а потом, вполне оправданно, – «Городская газета». Быстро завоевала популярность, тираж рос, ее полюбили. И первый помощник, вдохновитель и организатор наших побед был Шаке.
Я была заместителем редактора, потом пришлось стать редактором, к чему никогда не стремилась и чего не люблю – я человек творческий. И бегала к Шаке за каждой мелочью. И не было случая, чтобы он на меня не посмотрел, меня не выслушал и не ответил сострадательно: все будет хорошо, не пропадет газета, будет выходить.
Он был старше нас по авторитету и общественному положению, но он никогда и ни с кем не ставил границ, не надувал щеки, не строил начальника. Никогда не отказывал в решении вопроса с жильем, понимал, что это главное. В тяжелое время развала страны, всех экономических, политических, хозяйственных связей он удержал город на плаву. Такой у нас был только один председатель горисполкома – Нариман Тулепов. А другие наши городские акимы относились не очень горячо к своей работе.
И ему эта работа была в тягость. Он был производственник, но эту свою работу понимал как работу для людей. Очень немногим свойственно такое понимание.
Он играл на музыкальных инструментах, знал толк в литературе, он был ребенок и взрослый, старик и мудрец – у него было много лиц, и все были прекрасны. Он приходил с женой в неотапливаемые театры и смотрел премьеры, а кто из нынешних чиновников ходит в театры, на концерты, на выставки?
То, что его не стало, – это большая потеря. Он приезжал в Караганду, мы встречались с ним и это было как увидеть солнечный луч. Он был свой человек, а мы были в своем доме, где он – голова.

 

 

  • Нравится
  • Материалы по дате (общество)

    « Июнь 2019 »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30