Изгой общества или ошибка природы?

Дворника из Караганды хотели лишить работы, когда руководитель предприятия узнал о том, что он транссексуал.
Николай КРАВЕЦ  

dvornik– Мое настоящее имя Сергей, – рассказывает 45-летний карагандинец. – Впервые я почувствовал, что нахожусь не в своем теле, когда мне исполнилось 7 лет. Было очень тяжело. Родные не знали, что делать со мной. Больше 30 лет назад никто не говорил о такой болезни. Больно было смотреть родителям в глаза, потому что их ребенка постоянно обсуждали соседи, родственники и друзья. Из-за этого дома постоянно происходили скандалы. Конечно, все удивлялись моей походке, внешним данным, по которым трудно было определить, что я мальчик. Мама думала, что это временно и через несколько лет я буду таким, как все мальчишки: играть в футбол или лазить по деревьям. Однако чуда не произошло. С возрастом у меня появлялось все больше женских качеств. Отец стал частенько поднимать на меня руку, даже избивал и выгонял из дома. Я несколько раз пытался покончить жизнь самоубийством, но не смог довести до конца начатое. Я все же простил отца после его смерти. Он же не виноват, что у него такой сын родился. Старший брат тоже не общался со мной. Стыдился. Только мама, с которой я в настоящий момент живу, с пониманием отнеслась ко всему происходящему со мной.
Сергей учился в специализированной школе для детей с задержкой психического развития.
– В это учебное заведение меня направили потому, что мне нужен был логопед, – уточняет Сергей. – У меня были большие проблемы с речью. До 9-го класса я учился в спецшколе. Там ко мне было плохое отношение со стороны учащихся, я терпел различные издевательства. Мне тяжело вспоминать об этом. Как только меня не обзывали! Многие считали меня изгоем общества.
После школы Сергей поступил в училище и получил специальность «слесарь-ремонтник промышленного оборудования». Правда, работать по профессии он не стал, потому что появляться среди мужчин ему было неловко, да и страшновато. Тогда карагандинец решил обратиться к медикам, чтобы разобраться в своей проблеме.  
– В 2013 году я сам стал ходить по больницам в Караганде, чтобы мне поставили диагноз для изменения пола, – говорит Сергей. – Это очень тяжелый и неприятный момент в моей жизни. Нашим докторам было трудно доказать, что у меня не такая болезнь, которую мне диагностировали раньше. Все думали, что у меня отклонения в развитии. На самом деле все не так. Два года я доказывал, что у меня другой диагноз – транссексуализм (нарушение половой идентичности).  И я это доказал. Мне выдали специальные справки. В 2014 году я поехал в республиканский медицинский центр, который находится в Алматы. И здесь тоже диагноз подтвердился.
В этом году Сергей сделал первую операцию по изменению пола. После нее он получил разрешение на смену документов в ЦОНе. Ему поменяют не только свидетельство о рождении, но и удостоверение личности тоже.
– Сейчас я как раз занимаюсь оформлением этих документов, – рассказывает Сергей. – Правда, когда я обратился в ЦОН, его сотрудники не знали, что делать в моем случае. Долго между собой совещались и консультировались. Ушло много времени, пока мне дали положительный ответ. После получения нового удостоверения личности меня будут звать Оксаной. Правда, ИИН останется тот, который был у меня раньше. Его по закону менять нельзя.
У Сергея практически нет друзей. По его словам, многие не могут войти в его ситуацию.  
– Не всем откроешься, и я понимаю, что будет негативная реакция, –  рассказывает карагандинец. – Я неоднократно сталкивался с непониманием людей при новых знакомствах, поэтому в последнее время не сильно афиширую себя. У меня есть социальные страницы в интернете. Я там нашел себе подружек. По возможности, получается пообщаться или встретиться.
В настоящее время Сергей работает дворником на одном из предприятий Караганды. Когда директор фирмы узнал о том, что его подчиненный собирается сменить пол, хотел его уволить.
– Я несколько раз подходил к директору организации и просил не выгонять меня, потому что это мой единственный источник дохода, –  рассказывает Сергей. – Он сжалился. На работу разрешил приходить только с одним условием: если буду одеваться в мужскую одежду, чтобы никто ничего не заподозрил. Пришлось принять его решение, хотя для меня это больно. Придется расстаться с длинными волосами, снять сережки и другие украшения. С 2016 года я нахожусь под присмотром медиков в Караганде. Принимаю специальные препараты, на основе которых началось изменение тела. У меня от гормональной терапии увеличилась грудь. Но я никакой работы не боюсь. Выхожу работать в любую погоду.
После завершающего этапа по изменению пола и получения документов Сергей планирует найти вторую половинку для заключения брака.
– Конечно, это будет не скоро – лет через  5–10, – строит планы наш герой. –  Сейчас я думаю о том, чтобы последняя операция прошла успешно. В Алматы она стоит больше миллиона тенге. Только я не знаю, какими будут последствия. Слышал негативные отзывы. Я думаю, что лучше не рисковать и  поехать за границу. Деньги на операцию возьму в банке, оформив кредит. Многие, кого я знаю, собирают деньги по 5–6  лет, ведь суммы неподъемные.
Кроме того, Сергей планирует покинуть Караганду навсегда. Правда, маме о своем решении он пока не сообщил, потому что боится огорчить ее.
– В доме, в котором я живу в Караганде, все знают про меня, – говорит Сергей. – Я просто не хочу, чтобы соседи увидели меня после операции и сплетничали. Маме и так больно...

  • Нравится
  • Материалы по дате (общество)

    « Сентябрь 2018 »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30