В калейдоскопе грез и бытия

У Лилии Лукмановой нет специального образования, но художник она самый настоящий и видит мир необычно. В этом сошлись все авторитетные ценители искусства на открытии первой персональной выставки Лилии Михайловны «Радость бытия» в музее изобразительного искусства.
Ольга МООС

vasilki1Музейщик Александр Гехт увидел в работах дебютантки грезы и сновидения.
– Романтические пейзажи с пасторальными нотками, с ненавязчиво закрученной и закругленной композицией создают эффект медленного вращения картинки, как в детском калейдоскопе или камере-обскуре. Это придает работам Лукмановой шарм таинственности и сказочности, и обязательно со счастливым концом, – считает он.
А поскольку вернисаж продолжил череду открытий новых имен, главный специалист музея отметил: «Это не обязательно молодые художники, но всегда художники талантливые».
Искусствовед Наталья Иванина возразила:
– Возраст определяется не по дате в паспорте. Видно, что художница молода, и пишет она душевно и естественно.
Наталья Ивановна вспомнила, что видела эти работы несколько лет назад. С тех пор, считает, Лилия Лукманова улучшила манеру письма, развив свои живописные качества. К слову, искусствовед раскрыла один из секретов различия между искусством и ремеслом. Вживую картины Лилии Михайловны выглядели куда лучше, чем на экране смартфона: «Потому что искусство всегда оригинально», – заключила Иванина. Сделала еще одно признание – пришла на выставку очень усталая, а теперь, проникнувшись атмосферой, чувствует, что силы вернулись. Жаль, что художница недоучилась мастерству.
Теперь пришел черед заступаться уже Александру Гехту. Он указал на 26 онлайн-сертификатов Лукмановой, за которыми стоят десятки часов обучения. Все это российские университеты, и даже ему захотелось поучиться там… Добавим, что у нашей героини есть запись в трудовой книжке: «Живописец». Несколько лет она работала по росписи фарфора.
Лилия Лукманова родилась в башкирском селе Шаран, пять лет училась рисовать в изокружке при Доме пионеров у замечательного художника-педагога Галея Фаткуллина. После школы получила образование инженера-нефтяника, а позже и диплом филолога в Башкирском государственном университете. Так написано в аннотации выставки. Серьезно заниматься живописью начала пять лет назад. До того выпустила несколько книг со стихами, прозой и даже фантастическими произведениями. Оформляла их сама.
Почему же все-таки инженер-нефтяник и педагог Лилия Михайловна всю жизнь преподавала в школе, последнее время – в младших классах, при столь явном художественном таланте?
– Все дети, которые у учились у Галея Гелеевича, сейчас рисуют. Мои подруги в Москве, в Краснодаре, все мы переписываемся и все рисуем. Он азам хорошо учил, – объясняет Лилия Лукманова. – Я любила математику, училась в экспериментальном классе, но хотела стать иллюстратором детских книг.
Перед дверью в заветное художественное училище Лилю поймал отец: «Ты что тут делаешь? Сначала получи диплом, а после станешь маляром».
– У вас такие яркие краски в палитре, очень необычно…
– Мне нравятся такие краски. Мне говорят, краски надо смешивать, я прохожу все уроки, пробую, смешиваю, потом замазываю и делаю так, как мне нравится. Включаю музыку и начинаю писать. Какую музыку? Инструментал – классику, в основном романтическую.
Утром занимаюсь хозяйством – у нас с мужем большой дом, много хлопот. Все дела закончу, и часа в 3–4 начинаю рисовать. Никто меня уже не беспокоит: завтрак, обед и ужин готовы.
– Наверное, весь дом украсили?
– Раньше много вышивала, вязала шапки. Сейчас все раздарила, занимаюсь только живописью.
– Кроме того, что яркие и жизнерадостные, ваши картины еще небольшие по размеру.
– Они маленькие потому, что такие легко везти в Уфу – они там востребованы. Друзей много, которые забирают эти работы быстро. 250 работ у меня забрали. Часть подарила, часть покупают. Есть люди и в Караганде, которые у меня по 10 картин купили. Их можно видеть и на этой выставке.
– Сюжеты не повторяете?
– Одну только работу повторила, с девушкой возле дерева. Мне не нравится повторять, мне хочется писать новые.
– Большие и новые, понятно, а какие?
– Я за день до открытия выставки купила очень большой холст, хочется написать большую картину. Пока два варианта у меня. Однажды была в степи – муж возил за грибами. Проезжали место возле аэропорта, где речушка, мазары на берегу. И была радуга на небе – двойная, огромная, во всю степь. А под ней чабан на лошади. И хочется нарисовать эту лошадь, чтобы она пила воду. Я уже ее один раз рисовала, но очень быстро купили, не осталось даже фото.
А второй вариант – в голландском стиле, на коричневом фоне натюрморт: груши, яблоки, старинные канделябры.
– Согласны с тем, что ваши работы обладают эффектом арттерапии?
– Я в плохом настроении писать не могу. Сначала включаю музыку, вхожу в это состояние, когда хочу писать. Просят нарисовать негативное – отказываюсь. Мне однажды хорошие деньги предлагали, чтобы я написала череп в капюшоне. Но это не мое.
– Сегодня у нас зал такой – светлый, добрый, сказочный, волшебный, – сказала на открытии директор музея Бибигуль Кудабаева. – Вы немногословная, строгая, наверное, поскольку вы педагог. Но душа у вас ранимая, тонкая, нежная. Мы рады, что открыли новое имя для себя. И хотим, чтобы вы продолжали работать. Поклонников вам, признания и новых выставок, пусть и не только в нашем музее!

  • Нравится
  • Материалы по дате (Культура)

    « Сентябрь 2019 »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
                1
    2 3 4 5 6 7 8
    9 10 11 12 13 14 15
    16 17 18 19 20 21 22
    23 24 25 26 27 28 29
    30